Мы потеряли статус великой кинодержавы

5 марта 2010 г. в 08:30

Военное и послевоенное время было самым продуктивным для нашего кинематографа. Руководство государства понимало всю важность кинематографа в жизни общества и вкладывало деньги в создание поистине патриотических фильмов. Именно на этих фильмах росло наше поколение, тем, кому сейчас чуть-чуть за 60.

Далее пошел процесс угасания вот такого патриотического кино, хотя, конечно, проявления были всегда, и активно работали режиссеры, которые прошли войну. Это Бондарчук, Озеров, Ростоцкий, Кулиджанов. Но все-таки пошла тенденция преклонения перед Западом. Я помню, когда я попал во ВГИК в 1959 году на встречу Нового года. Я шел за моим ведущим, который вел меня по ВГИКу в тот вечер. Шел за ним по аудиториям, как по кругам ада.

В эту же ночь показывали на 4-м этаже полупорнографический фильм с участием Бриджит Бордо. Тогда и пошло преклонение перед Западом – «как они самовыражаются, ах эти западные режиссеры». Это была просто повальная мания, и больше ориентировали на западные ценности, чем на наш российский уровень, а он был очень высокий. Поэтому и вышли те люди из стен ВГИКа, которые в 85-86-м году, когда грянула перестройка, побежали впереди паровоза и были теми, кто помогал уничтожению не только великой империи, но и кинематографа. Но сейчас все больше и больше людей, которые профессионально занимаются кинематографом, понимают, к чему мы пришли. Мы потеряли статус великой кинодержавы.